Аналитический онлайн-журнал

Самая ответственная часть национального проекта «Экология»

Самая ответственная часть национального проекта «Экология»

РосРАО решит проблему обращения с отходами I и II класса.
SHARE

Проблема обращения с отходами производства и потребления товаров в России появилась несколько десятилетий назад, и сейчас она стала настолько острой, что совершенно справедливо считается самой сложной частью национального проекта «Экология». Но имеется еще и «проблема внутри проблемы» — обращение с отходами I и II классов, которые способны приводить к крайне серьезному дисбалансу экологической обстановки. Дисбаланс, который способны вызвать отходы II класса опасности, окружающая среда способна восстановить не ранее, чем через 30 лет, а отходы I класса опасности вредны для природы настолько, что определить период ее восстановления вообще невозможно.

Веществ, относящихся к I классу опасности, немало – специалисты насчитывают 72 вида различных химических соединений такого уровня. Это вещества, содержащие химические соединения ртути, соли, свинца, фтороводород, таллий, теллур, циановодород и еще целый ряд. Большая часть таких отходов, конечно, образуется при промышленном производстве, но кое-что нам, потребителям товаров, известно достаточно хорошо – медицинские градусники, люминесцентные лампы, трансформаторы и конденсаторы, синтетические и минеральные масла, такие «родные» для владельцев автомобилей. Если вы решили самостоятельно поменять в двигателе масло, для чего предварительно слили старое масло на землю на укромной полянке, то стоит помнить – травка на этой полянке исчезнет раз и навсегда, а ближайший дождь увеличит вред природе еще больше.

Отходы II класса опасности содержат в значимых количествах такие высокоопасные вещества, как литий, фенол, серная кислота, селен, сероводород, барий, формальдегид, сурьма, стирол, все виды нитритов, мышьяк, молибден – всего известно 372 химических соединения этого класса. И снова некоторые из них мы видим не на производствах, а в быту – они содержатся в аккумуляторах, гальванических элементах всевозможных гаджетов и в обычных «пальчиковых» батарейках. Конечно, основное количество опасных отходов образуется в промышленности, но отсутствие раздельного сбора опасных отходов в быту – это тоже проблема, решать которую необходимо как можно быстрее. Установка специальных контейнеров – это общая задача муниципалитетов, управляющих компаний и операторов коммунальных отходов.

«Рынок сам все решит»

По официальным данным в России ежегодно образуется около 350 тысячи тонн отходов I и II классов опасности, при этом оценки уровня переработки не превышают 1,5%. Такая ситуация складывалась по целому ряду причин, основная из которых – так называемый заявительный принцип отчетности как теми предприятиями, на которых опасные отходы образуются, так и теми компаниями, которые имеют лицензию на ведение их переработки. Предприятия, на которых опасные отходы образуются, в качестве отчета имеют право заявить, условно:

«В течение года образовалась столько-то опасных отходов, из них лицензированным компаниям на переработку переданы все 100%»,

а эти лицензированные компании – дополнить отчетом со своей стороны:

«Мы смогли переработать все 100% полученных опасных отходов».

То и другое – результат того, что в начале нулевых годов правительство, а вслед за ним и законодательные органы сошлись во мнении, что переработка опасных отходов должно иметь рыночный, либеральный характер, что «рынок сам все решит». Рынок мгновенно стал «серым» — зачем тратить деньги на создание перерабатывающих производств, на закупку соответствующего оборудования, на транспортировку специализированным транспортом, на природоохранные мероприятия, если значительно дешевле создать компанию, которая получит лицензию на переработку и через год-два тихо «исчезнет»? В России насчитывается более 10 тысяч предприятий, на которых образуются отходы I и II класса, и несколько тысяч компаний с лицензией на работу с ними. Что происходит в реальности с такими отходами, можно только предполагать. Их, к примеру, вполне могут везти на мусорные полигоны, маскируя с обычными отходами, что в разы усиливает урон, наносимый такими полигонами окружающей среде.

Ну, а самый «жесткий» вариант возникает в том случае, когда на мусорных полигонах их компании-операторы усиливают входной контроль и отказываются принимать отходы, если обнаруживают среди них особо опасные. В таких случаях отходы I-II классов сваливаются в укромных местах, сливаются в канавы, в канализацию и куда угодно еще – в этих случаях нет даже признаков контроля и учета. Никаких специальных, отдельных форм отчетности для предприятий, на которых образуются опасные отходы, не существует – даже в том случае, если у контролирующих органов возникает желание подойти к контролю максимально жестко, никакие новые требования они ввести не могут, данные придется «вылавливать» в обычных бухгалтерских отчетах в графе «прочие расходы». Но и в том случае, когда компании, на производствах которых образуются опасные отходы, действуют в строгом соответствии со всеми требованиями действующих законов и инструкций, гарантий того, что с переработкой и утилизацией таких отходов, все будет в полном порядке, не существует.

«Прогресс», скрывающийся во мраке

Осенью 2019 года следственные органы вышли на след исчезнувших в Подмосковье годом ранее 80 тонн отходов, содержащих полихрориванных бифенилов (ПХБ) – отходов I класса опасности. ПХБ не только разрушает экологическую среду, при попадании в организм человека вызывают развитие рака, поражения печени, почек и нервной системы, а для беременных женщин создают риски паталогических поражений плода. Компания РуМо («Русские моторы») в 2016 году выкупила в Нижнем Новгороде пустовавшие корпуса советского завода «Двигатель революции» и приступила к «реанимации» территории. В советские времена на заводе производились двигатели, насосы, газокомпенсаторы, в трансформаторах и конденсаторах которых по технологии тех времен и использовались ПХБ. С этим «замечательным» имуществом что-то нужно было делать, и руководители «РуМо» не стали искать сложные ходы: сайт лицензированной компании «Прогресс» и сейчас можно найти в интернете без малейшего труда. Для «РуМо» эта находка была спасением – к тому времени компания уже получила штраф от Росприроднадзора за ненадлежащее хранение этих конденсаторов и трансформаторов, а «Прогресс» заявил, что на их площадке в подмосковном Рошале имеется установка СКГО-10-ЭТ, с помощью которой можно утилизовать ПХБ. Нижегородцы тут же подписали соответствующий договор, из Подмосковья прибыли грузовики и увезли опасный груз на переработку.

Однако после истории со штрафом за ситуацией со старым оборудованием, как выяснилось, внимательно следили экологи из движения «Зеленая альтернатива», которые и предупредили своих коллег в Рошале о том, какой опасный груз двинулся в их сторону. Последовал запрос в администрацию Рошаля, которая достаточно оперативно дала развернутый ответ:

«На территории города отсутствуют оборудованные здания, предназначенные для данного вида лицензируемой деятельности, а также оборудованные земельные участки и полигоны, где можно утилизировать отходы высокого класса опасности. Кроме того, ни одна компания не обращалась в администрацию города за согласованием провоза опасных грузов на территорию Рошаля с дальнейшей их утилизацией».

Тогда экологи обратились к единственному в России производителю установок СКГО-10-ЭТ, компании «Эконэнерготех» – поставлялась ли эта продукция в адрес компании «Прогресс»? Но, по сведениям производителя, их установки продавались и устанавливались только в двух местах – в Красноярске и в Томске. После этого уже руководство Рошаля официально обратилось в прокуратуру, сотрудники которой и отправились на проверку указанного в реквизитах «Прогресса» объекта, в качестве экспертов пригласив представителей «Экоэнерготеха». По прибытии на место никого из сотрудников «Прогресса» найти не удалось, зато был обнаружен аккуратно изготовленный … муляж установки, внешне достаточно похожий на оригинал.

Располагалось это «чудо техники» на территории бывшего химзавода с огромными пустующими чанами, так что впечатление на любого заказчика все это производило внушительное: вот специализированные помещения, оборудование и «документация» на нее, все в полном порядке. В свое время этого оказалось достаточно для того, чтобы компания «Прогресс» без особых усилий смогла получить лицензию, чем и пользовалась какое-то время: уверенно получая деньги за свою «работу» от заказчиков, забирала опасные отходы и увозила в неизвестном направлении, отправляя в Минприроды акты выполненных работ по утилизации ПХБ. Следствию есть, чем заниматься, поскольку цепочки задействованных лиц были сформированы весьма тщательно: использованная техника арендовалась у разных юридических лиц, водителями выступали разово нанятые люди, груз действительно доставлялся в Рошаль, а вот как и куда он отправлялся с территории бывшего химзавода, пока остается загадкой – в окрестностях хватает лесистой местности, имеются небольшие реки и водоемы. Поскольку опасный груз не обнаружен, уголовное дело МВД смогло возбудить только по факту мошенничества – разумеется, на счетах компании «Прогресс» никаких денег нет, так что предстоит отслеживать и их перемещение после того, как они поступали от заказчика.

Кроме того, выяснилось, что компаний с таким названием в базе данных далеко не одна, что ее учредителями выступали другие юридические лица, у которых менялись названия, часть из них ликвидирована, у некоторых в силу крайне преклонного возраста учредители отправились в мир иной. Оборот денежных средств у этой цепочки компаний исчислялся сотнями миллионов рублей, следы деятельности «Прогресса» всплывают в самых разных регионах России. Весной 2018 года судостроительный завод «Звезда» объявил о двух тендерах об утилизации отходов: в апреле о транспортировке, обезвреживании и конечном размещении четырех тонн соляной, серной, азотной и фосфорной кислот, и в марте о тех же услугах в отношении 100 с лишним тонн растворов травления меди, титана и других металлов – опасных отходов I и II классов опасности. Самые лучшие предложения поступили от компании «Прогресс», которая и приступила к работе в июне того же 2018 года. Однако «Звезда» завод режимный, и сотрудникам ФСБ поведение утилизаторов показалось подозрительным. Результатом слежки стало то, что в этот раз их взяли с поличным – при попытке слить химикаты в городскую канализацию.

Сибирский территориальный округ РосРАО, Фото: rosrao.ru

Когда и как закончится возбужденное уголовное дело, сколько в нем окажется эпизодов, пока можно только предполагать, но с большей долей вероятности можно предположить, что таких «Прогрессов» было, да и имеется в настоящее время больше одного. В том, что в Минприроды не хватает возможностей для установления жесткого контроля, кадров для постоянных выездных проверок, что обвинение в умышленном причинении вреда окружающей среде органы МВД имеют право возбудить только при аресте на месте преступления, секретов нет. Подставные компании, арендованные и субарендованные технические средства и помещения, транспорт – «рынок решил», что вот такие методы обходятся значительно дешевле, чем серьезные капиталовложения в то, чтобы организовать такой бизнес не на бумаге, а в реальности. Риски не очень велики – штрафы, ответами на которые при определенной ловкости рук становятся дела о банкротстве.

Вот и весь результат либерального подхода к решению проблемы утилизации и переработки отходов I и II классов опасности – не более 1,5% реальной переработки и огромное количество самой токсичной химии в неизвестных местах, реальный рост экологической угрозы, увеличивающийся с годами, причем увеличивающийся бесконтрольно. Росприроднадзор для того, чтобы нормализовать ситуацию с опасными отходами в пределах своих полномочий, организационных и финансовых возможностей делал максимум возможного, вот только этих возможностей по сравнению с масштабами проблемы было откровенно мало.

В преддверии года экологии

Ситуация дошла до критического состояния, необходимо было срочно искать «рецепт», который мог бы помочь в решении этой проблемы. Даже самые суровые поклонники либеральной экономики вынуждены признавать: по оценкам экологов, отходы I и II классов содержатся в 30% общих коммунальных отходов поступающих на обычные мусорные полигоны, а количество незаконных свалок и захоронений учету не поддаются. Если коротко, то «свободный рынок» в этой отрасли блистательно доказал свою несостоятельность, вопрос о том, что всю систему обращения с опасными отходами необходимо изменить самым кардинальным образом, необходимо было решать как можно быстрее. Идеология «свободного рынка» — это, конечно, красиво, однако в данном случае речь идет и об экологии, и о здоровье населения России. Опасные отходы, попадая в почву, бесконтрольно распространяясь за счет осадков слишком реальная угроза и тому и другому, чтобы можно было и дальше проводить странный эксперимент – окажется либеральная доктрина экономики состоятельна или нет.

27 декабря 2016 года, в преддверии наступления нового, 2017-го, который был объявлен годом экологии, состоялось заседание Государственного совета с повесткой «Об экологическом развитии Российской Федерации в интересах будущих поколений». На этом заседании и было принято решение о создании в России единой государственной системы обращения с отходами I и II классов опасности, которое достаточно быстро стало дополняться уже более конкретными решениями.

РосРАО – единственно возможный оператор проекта

Конечно, сейчас уже вряд ли возможно найти тех, кто понял, где искать «палочку-выручалочку» — организацию, которая могла бы взять на себя обязанности оператора этого проекта. Можно предполагать, что толчком стала территориальная схема размещения предприятий, на которых образуются отходы повышенной опасности. Они не распределены по территории России равномерно – есть регионы, где таких предприятий значительно больше, чем в среднем по стране. К таким регионам относятся Мурманская, Московская, Саратовская, Самарская, Свердловская, Тюменская, Новосибирская, Кемеровская и Иркутская области, Татарстан, Алтайский, Ставропольский и Красноярский края. Достаточно много, но в России имеется компания, работающая именно в этих регионах, и работающая именно с отходами. В Мурманске расположен Северо-Западный центр по обращению с радиоактивными отходами СевРАО, Приволжский территориальный округ РосРАО имеет отделения в Самаре, в Саратове и в Казани, отделения РосРАО имеются в Челябинской области и в Свердловской, которая соседствует с Тюменской, Южный территориальный округ РосРАО позволяет этой компании работать в Ставропольском крае, Сибирский территориальный округ РосРАО «прописан» в Иркутске и так далее.

Рис.: uralfo.gov.ru

Географическое совпадение настолько точное, что конкурировать с ним может только опыт и компетенции РосРАО. Согласно нормативам законодательства по охране природы сбор отходов I и II класса опасности должен производиться отдельно от другого мусора, тара для его хранения тоже особая – цилиндры с цинковым покрытием и чехлом. Хранить отходы I и II класса опасности необходимо на специальной площадке с твердым покрытием, каждый контейнер должен быть маркирован и транспортироваться отдельно. При хранении контейнеры должны быть установлены на специальные поддоны, препятствующие розливу электролитов и кислот, площадка с контейнерами должна быть защищена от атмосферных осадков, вход посторонним на площадку должен быть запрещен. Но это описание едва ли не на 100% совпадает с правилами обращения с радиоактивными отходами, то есть РосРАО для решения части проблем обращения с отходами I и II класса опасности может просто масштабировать многое из того, что наработано этой компанией за десятилетия работы – навыки, опыт, компетенции имеются и доведены до очень высокого уровня. Но есть и принципиальное отличие: любые радиоактивные отходы постепенно становятся менее опасными из-за продолжающихся процессов распада, а вот с опасными отходами такого точно не предвидится. Соответственно, никаких захоронений, никаких могильников, только переработка и утилизация. Но, так или иначе, решение, принятое руководством России, было совершенно логичным и единственно верным – оператором федерального проекта «Инфраструктура по обработке, утилизации и обезвреживанию отходов I-II классов опасности» было назначено именно РосРАО. В нашей стране ни одной другой организации, компании, которая настолько организационно и технологически готова к такой работе, как нет и другой компании, которая вот уже более 50 лет доказывает высочайший уровень надежности при работе с крайне опасными материалами.

В 2017 году министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин в письме президенту Владимиру Путину предложил закрепить полномочия по утилизации отходов I и II за Росатомом и РосРАО. В том же письме Донской предложил передать Росатому промышленные объекты по уничтожению химического оружия для перепрофилирования их в межрегиональные центры по обращению с опасными отходами. В октябре 2017 года Владимир Путин подписал соответствующее поручение в адрес правительства, и с ноября того же года Росатом принимает участие в реформировании системы обращения с отходами I и II классов вместе с Минприроды. Первым результатом этого сотрудничества стали разработанная концепция территориального размещения инфраструктурных объектов по обращению с отходами I и II классов опасности и согласие о необходимости разработки и создания Единой государственной информационной системы (ЕГИС) учета и контроля за обращением с такими отходами. 26 июля 2019 года президент России подписал два федеральных закона – «О внесении изменений в закон «Об отходах производства и потребления» и «О внесении в закон «О государственной корпорации по атомной энергии «Росатом», которые вступили в силу в сентябре 2019 года. Таким образом на законодательном уровне утверждены создание в рамках национального проекта «Экология» отдельного федерального проекта «Инфраструктура по обработке, утилизации и обезвреживанию отходов I-II классов опасности» и назначение его исполнителем Росатома.

Сначала – информация и только потом – алгоритм решения проблемы

Какой алгоритм действий выбрал Росатом? Ответ очевиден, поскольку атомщики всегда действуют, руководствуясь логикой: прежде, чем решать производственные вопросы, принимать решения о том, какие именно технологии потребуются для утилизации и обезвреживания опасных отходов, необходима тщательно проработанная информационная система. Без точных данных о том, какие именно из входящих в разработанный Минприродой перечень ФККО (федеральный классификационный каталог отходов) отходов I и II класса образуются в том или ином регионе, «отгадать», какие именно технологические линии и какой мощности необходимо иметь в том или ином пункте обработки, не удастся.

Сибирский территориальный округ РосРАО, Фото: rosrao.ru

Сначала – полный объем данных, только после этого – все остальное, от технологий до необходимого количества пунктов сбора и единиц специализированного транспорта. Эти данные позволят решить и вопрос об объемах финансирования – задача, которую предстоит решить в масштабах всей России, требует серьезных капиталовложений. Кроме того, разрабатываемая единая государственная информационная система (ЕГИС), должна будет решать и вопросы о контроле в режиме реального времени не только того, как идут технологические процессы, в результате которых идет образование опасных отходов, но и то, как организован процесс их сбора и хранения, как происходит их транспортировка к пунктам утилизации и переработки. Еще одно серьезное требование — вновь создаваемая информационная система была изначально интегрирована с другими информационными системами, уже действующими в нашей стране: Федеральной налоговой службы, программно-технологическим комплексом Госконтроля, базой программно-технического обеспечения учета объектов, оказывающих негативное воздействие на окружающую среду и единой государственной информационной системой учета отходов от использования товаров.

Приволжский территориальный округ, Фото: rosrao.ru

Поскольку при обращении с опасными отходами очень важным является вопрос их надежной и безопасной транспортировки, создаваемая ЕГИС должна иметь возможность обеспечивать планирование и отслеживание маршрутов движения отходов с возможностью автоматического блокирования транспортных средств. Все эти требования совершенно логичны, но их количество таково, что создание такой информационной системы – задача далеко не тривиальная. Победителем тендера, организованного Росатомом, стала компания «Большая Тройка», которая после заключения договора с РосРАО взяла на себя обязательство разработать для заказчика Единую государственную информационную систему учета и контроля за обращением с отходами I и II классов опасности до сентября 2021 года. Выбор победителя был сделан не по принципу «Победителем становится тот, кто предложит минимальную цену» — «Большая Тройка» является разработчиком программно-аппаратного комплекса и автоматизированной системы управления «Управление отходами», который уже доказал свое качество при создании территориальных схем обращения с твердыми коммунальными отходами в 50 субъектах Российской Федерации. Можно быть уверенными в том, что такой «дуэт» — РосРАО и «Большая Тройка» смогут справиться с реализацией проекта, который имеет вот такое многосоставное техническое задание.

Первые четыре объекта инфраструктуры

Еще одна составная часть федерального проекта ««Инфраструктура по обработке, утилизации и обезвреживанию отходов I-II классов опасности», утвержденная новыми редакциями законов о Росатоме и об отходах производства и потребление – передача Росатому четырех предприятий по уничтожению химического оружия, которые корпорации предстоит перепрофилировать в объекты по утилизации и переработке опасных отходов. Этими объектами станут именно те, на которых не только закончились работы по уничтожению химического оружия, но и уже проведена санация территории, уничтожено оборудование, которое было использовано при этих работах: «Марадыковский» в Мирном, «Камбарка» в Удмуртии, объекты в поселке Горном и в городе Щучье. РосРАО получит в свое распоряжение полностью освобожденные производственные корпуса, оснащенные всей необходимой инфраструктурой – коммунальные и энергетические сети, холодильные и компрессорные установки, складские помещения, лаборатории, санитарно-бытовые помещения, дороги. Каждый из этих объектов имеет уже существующие санитарно-защитные зоны и зоны защитных мероприятий, рассчитанные на блокирование распространения боевых отравляющих веществ, которые опаснее отходов I и II классов в тысячи раз.

Северно-западный территориальный округ, Фото: rosrao.ru

Об уровне надежности защитных барьеров можно судить, например, по объекту в городе Щучьем Курганской области: на протяжении всего времени, пока шло уничтожение химического оружия, во всех ближайших населенных пунктах велся непрерывный забор проб воздуха, воды, снежного покрова, проводились все возможные испытания смывов, было проведено более 50 тысяч различных анализов. И – ни одного превышения предельно допустимых концентраций, ни одного несчастного случая на производстве за все время функционирования производства. Если коротко, то зоны защитных мероприятий, оборудованные на этих объектах, многократно проверены, причем в условиях, в разы более жесткими чем те, которые появятся при работе с опасными отходами. Но этих четырех объектов будет недостаточно для всей территории России, анализ, проведенный совместно РосРАО и Миниприроды, показал, что необходимо создание трех совершенно новых производств – в северо-западном округе и в Сибирском федеральном округе. Предварительно предполагается начать переработку опасных отходов на уже существующих объектах в 2024 году, а на тех объектах, которые еще только предстоит строить – в 2025 году. У специалистов РосРАО есть запас времени для того, чтобы определить, какие именно технологии, какое оборудование будет использоваться, и к этой работе РосРАО подходит со всей ответственностью.

Университеты России – научные решения и подготовка специалистов

Внимательно изучается не только опыт стран Западной Европы, где уже достаточно давно и весьма успешно работают предприятия по утилизации и переработке опасных отходов и уже имеются апробированные технологические решения. 17 декабря 2019 года РосРАО соглашение о сотрудничестве сразу с несколькими ведущими вузами России: Вятским государственным университетом, Саратовским государственным техническим университетом и с Российским химико-технологическим институтом им. Дмитрия Менделеева. Цели сотрудничества коротко описал в своем выступлении ректор РХТУ Александр Мажуга:

«Необходимо наладить систему бесперебойной поставки передовых технологических решений и перспективных разработок в новой отрасли. Новая отрасль будет остро нуждаться в инженерах, технологах, химиках, экологах – и всех этих специалистов нужно готовить уже сейчас».

Его мнение поддержал и заместитель гендиректора РосРАО Максим Корольков:

«Локализуя за счет отечественных инновационных разработок производство уникального оборудования, которое можно будет использовать наряду с западными технологиями, мы получим технологические компетенции, которые можно будет применять также для обращения с отходами III класса, медицинскими и другими промышленными отходами. Такие технологии будут способны решать многие экологические задачи».

Кроме того, сотрудничество с вузами предполагает организацию общественно-профессиональных экспертиз технологических решений, экологического контроля и мониторинга. В России слово «отходы» имеет негативный оттенок, хотя во множестве других стран они уже давно воспринимаются как ценный ресурс, поэтому у РосРАО есть и еще одна, необходимая и серьезная задача – разъяснять, что на самом деле представляют из себя современные заводы этого профиля, вместе с общественностью не только изучать, как организован контроль за их безопасностью, но и дополнять систему контроля и мониторинга, используя, в том числе, опыт и компетенции вузов, с которыми подписано соглашение о сотрудничестве. У РосРАО и представителей научной общественности имеется запас времени, чтобы выстроить и эту работу, что позволит придать предстоящим общественным обсуждениям проектов оценок воздействия на окружающую среду каждого из создаваемых предприятий по утилизации и переработке максимально деловой и конструктивный диалог. Работу с общественностью РосРАО уже начинает – открыты общественные приемные в регионах, проведено уже несколько «круглых столов», а осенью 2019 года был организован выезд общественности и экспертов из четырех регионов в Австрию, где они побывали на нескольких заводах, которые РосРАО намерен взять за эталон. Многие из участников поездки были удивлены тому, что один из таких заводов находится в городской черте Вены, а еще один располагается вообще в курортной зоне.

Реализация Федерального проекта по обработке, утилизации и обезвреживанию отходов I-II классов опасности для России фактически означает создание совершенно новой отрасли промышленности, цель которой – обеспечение гарантированной безопасности окружающей среды и населения от всех рисков, связанных с бесконтрольностью обращения таких веществ. У этой проблемы много сторон – технологических, производственных, санитарных. Тема чувствительная и для всей страны и, особенно, для тех регионов, в которых будут размещены производственные объекты. Но, как это всегда и бывает, все тревоги и опасения связаны прежде всего с отсутствием знаний и недостатком объективной информации, поэтому Аналитический онлайн-журнал Геоэнергетика.ru планирует и в дальнейшем продолжать эту тему – она этого явно заслуживает.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

comments powered by HyperComments

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.

WordPress Appliance - Powered by TurnKey Linux